Жизнь стоиков: Искусство жить от Зенона до Марка Аврелия - Райан Холидей

институт. Если он не будет рассмотрен сегодня, то в будущем найдется кто-нибудь, кто придет и пролистает эти тома.

 

МУСОНИУС РУФУС

НЕСОКРУШИМЫЙ

(Mu-SOWN-ee-us ROOF-us)

Происхождение: Вольсиний, Этрурия

B. 20-30 ГГ. Н.Э.

Д. ок. 101 г. н.э.

 

Он мог быть Железным человеком Рима, но в конце концов ему бросил вызов только один император. Тразея был абсолютно бесстрашен, но его друг Гай Мусоний Руф тоже не боялся и, как оказалось, прожил такую сложную жизнь, что испытания Тразеи при Нероне показались ему забавными.

Мусоний Руф, родившийся в конном сословии в Вольсинии, Этрурия, во времена правления Тиберия, быстро завоевал репутацию философа и учителя. Даже во времена и после долгой истории блестящих стоиков Мусоний считался выше остальных. Среди своих современников он был "римским Сократом", человеком мудрости, мужества, самообладания и до мозга костей преданной веры в добро. Слава Мусония вышла за пределы его времени, и мы находим восхищенные упоминания о нем у всех - от христиан, таких как Юстин Мученик и Климент Александрийский, до Марка Аврелия.

Но в отличие от Сенеки и Цицерона, которые наслаждались своими местами на вершине римского общества, Мусоний был гораздо более скромной фигурой. Он не был рожден в сенаторском звании или в большом богатстве. Он не жениться на представительнице влиятельной семьи. Он не стремился к славе или власти. Да и, похоже, не считал их особенно важными.

Он считал, что похвалы и аплодисменты - это пустая трата времени как для аудитории, так и для философа. "Когда философ, - говорил он, - увещевает, убеждает, обличает или обсуждает какой-то аспект философии, если аудитория в своем энтузиазме и несдержанности осыпает его банальными и банальными словами похвалы, если она даже кричит, если она жестикулирует, если она тронута и возбуждена, и поколеблены очарованием его слов, ритмом его фраз и некоторыми риторическими повторами, то знайте, что и оратор, и его аудитория тратят время впустую, и что они слышат не речь философа, а выступление флейтиста."

По мнению Мусония, признаком успешного философа были не громкие возгласы сторонников. Это была тишина. Ведь это означало, что аудитория действительно думает - значит, она размышляет над сложными идеями, которые доносит до нее оратор.

И мы можем представить себе, как римский Сократ собирал огромные толпы людей - не благодаря своей демонстративности, а благодаря репутации его учения, - которые сидели в почтительном молчании, даже когда он бросал вызов их самым глубоким предположениям.

Его самое провокационное убеждение в Риме первого века? Что женщины заслуживают образования так же, как и мужчины. Две из двадцати одной сохранившейся лекции Мусония ("Что женщины тоже должны изучать философию" и "Должны ли дочери получать такое же образование, как и сыновья?") решительно высказываются в пользу хорошего отношения к женщинам и их способностей к философской деятельности.

Это не было общепринятым мнением, но правильные вещи редко бывают правильными.

Нас не должно удивлять, что Мусоний придерживался этой точки зрения или что у него хватило мужества отстаивать ее в то время, когда большинство считало, что женщина - не более чем собственность. Основной заповедью стоического обучения является независимое мышление, и здесь Мусоний демонстрировал способность видеть справедливое вне контекста своего времени. "Не только мужчины обладают стремлением и природной склонностью к добродетели, - писал он, - но и женщины. Женщин не меньше, чем мужчин, радуют благородные и справедливые поступки, и они отвергают противоположные им действия. Раз это так, почему мужчинам подобает искать и изучать, как им жить хорошо, то есть заниматься философией, а женщинам - нет?" *.

Даже его взгляд на брак был современным: он призывал к "совершенному общению и взаимной любви мужа и жены, как в здоровье, так и в болезни и при любых условиях". Он считал, что хороший брак - это тот, в котором пара стремится превзойти друг друга в преданности. Он говорил о таком "прекрасном союзе", какой был у Брута и Порции, когда две души держатся друг за друга, преодолевая жизненные невзгоды, и вдохновляют друг друга на еще большие добродетели. Каким был брак Мусония? Мы не знаем, но было бы невероятно думать, что человек, так трогательно писавший о преимуществах такого брака, не говорит об этом на собственном опыте, и еще более невероятно, что Мусоний смог бы выдержать испытания, с которыми ему вскоре пришлось столкнуться, не имея мужественного и добродетельного спутника жизни.

В основе учения Мусония лежала вера в важность упорного труда и выносливости. Он был человеком из той же ткани, что и Клеанф, который за много веков до него поддерживал свои философские занятия ручным трудом. В лекции под названием "Какие средства к существованию подходят для философа" Мусоний высоко оценивал этот вид тяжелой работы, считая, что мало что может быть ниже нашего достоинства, если это сделано хорошо и с правильной трудовой этикой.

Трудности, по его мнению, - это просто часть жизни. "Чтобы легче и радостнее переносить те трудности, которые нам предстоит претерпеть во имя добродетели и блага, - говорил он, - полезно вспомнить, какие лишения люди терпят ради недостойных целей. Так, например, подумайте, на что идут пылкие влюбленные ради злых желаний, и сколько сил тратят другие ради наживы, и сколько страданий переносят те, кто стремится к славе, и имейте в виду, что все эти люди добровольно подвергают себя всем видам труда и лишений".

Так что если мы собираемся страдать, то не должны ли мы страдать так, чтобы нам было куда стремиться?

Страдать и терпеть ради добродетели - вот суть учения Мусония. Как он говорил: "И все же разве никто не признает, насколько лучше, вместо того чтобы напрягаться, чтобы завоевать чужую жену, напрягаться, чтобы дисциплинировать свои желания; вместо того чтобы терпеть лишения ради денег, приучить себя мало желать; вместо того чтобы беспокоиться о том, как добиться известности, беспокоиться о том, как не жаждать известности; вместо того чтобы искать способ уязвить завистника, интересоваться, как никому не завидовать; и вместо того чтобы рабски, как это делают подхалимы, завоевывать ложных друзей, претерпевать страдания, чтобы обладать истинными друзьями?"

Вполне уместно, что он так много писал и говорил на эту тему, ведь он, как и многие стоики, обнаружил, что жизнь таит в себе трудности и испытания.

Первая неприятность Мусония связана с его связями со стоической оппозицией, в том числе с Гаем Рубеллием Плавтом, для которого параноидальные бредни Нерона сделали его заметным человеком. Именно Мусоний сопровождал Плавта